Он выглядит как евро, и он деноминирован как доллар. Деноминированные азербайджанские банкноты и монеты подаются как свидетельство того, что богатое нефтью каспийское государство наконец пришло в себя и становится региональным экономическим тяжеловесом с сильной национальной валютой. Однако некоторые наблюдатели озабочены спешкой, с которой правительство зачеркнуло нули на старых банкнотах. Без предварительной оценки будущих нефтяных доходов и сегодняшних экономических реформ, говорят они, новые денежные знаки могут лишь подстегнуть инфляцию.
Чтобы вселить веру в национальную валюту, правительство должно было решить проблему долларизации экономики. Доллары казались более предпочтительной валютой, чем старые манаты (AZM), отметил независимый экономист Назим Иманов. Поскольку самая крупная купюра AZM была достоинством в 50 000 (чуть больше 10 долларов), население обычно использовало доллары для дорогостоящих покупок, таких как недвижимость и автомобили. «И это понятно. Чтобы купить автомобиль за 5000 долларов, потребитель должен был принести два чемодана [старых] манатов», – заметил Иманов.
В результате азербайджанцы подсчитывали крупные расходы в долларах, даже если цены предлагались в AZM, добавил он. «Если, например, холодильник стоит 5 млн AZM, [потребители] переводили цену в долларовый эквивалент и затем говорили [продавцу], что 1000 долларов слишком дорого для холодильника».
После деноминации, проведенной 1 января этого года, купюр для крупных покупок понадобится гораздо меньше. Один новый манат, или AZN, равен 5000 старых манатов. Когда процесс деноминации завершится, в хождении будут монеты в 1, 3, 5, 10, 20 и 50 гапиков и AZN в банкнотах по 1, 5, 10, 20, 50 и 100 единиц.
Ариф Бабаев, владелец популярного в Баку кафе, согласен, что деноминация укрепит доверие к манату, и отмечает, что частные банки предлагают сегодня чуть более высокие проценты на манатовых счетах по сравнению со счетами долларовыми. «Манат укрепляется, и если правительство не остановит этого процесса, его курс [к доллару] повысится. После долларового кризиса в октябре держать сбережения в долларах, мне кажется, рискованно», – сказал он. [Дополнительную информацию см. Архив EurasiaNet.]
Правительство изображает ре-деноминацию национальной валюты как признак того, что Азербайджан справился с гиперинфляцией и экономическими трудностями, возникшими в первые годы независимости – начале и середине 1990-х годов. На официальной презентации новых дензнаков в конце декабря 2005 г. президент Ильхам Алиев назвал выпуск новой национальной валюты «историческим событием, отражающим динамичное развитие Азербайджана».
Потеряв три нуля, новая валюта должна изгнать из сознания людей память о гиперинфляции. При старой валюте, сказал на презентации первый зампред правления Национального банка Азербайджана Алим Гулиев, «люди жили в ожидании девальвации [валюты] и нового этапа высокой инфляции. Вот почему сегодня мы рассматриваем ре-деноминацию как своего рода историческую необходимость».
Впрочем, большинство азербайджанцев продолжают хранить свои сбережения в долларах и не спешат избавляться от старых манатов. Новые банкноты будут поступать в обращение постепенно. В настоящий момент в обращение пущены только монеты и банкноты в один и пять манатов. В марте появятся банкноты в 10 и 20 AZN, а в апреле – в 50 и 100 манатов. В течение 2006 г. и новый манат (AZN) и старый манат (AZM) будут рассматриваться как имеющие одинаковую силу платежные средства. С октября 2005 г. предприятия называют цены сразу в двух валютах.
Особое внимание было обращено на дизайн, автором которого стал Роберт Коллина, дизайнер евро. Некоторые азербайджанцы ожидали, что на новых банкнотах будет изображен покойный президент Гейдар Алиев, отец Ильхама Алиева, однако вместо этого на них нанесены изображения, символизирующие важные события в истории азербайджанского искусства, литературы, образования и экономики. На банкноте в 20 манатов можно увидеть намек на принадлежность Нагорного Карабаха к Азербайджану – цветок хары-бюльбюль, растущий только в Карабахе, и стальной шлем древнего азербайджанского воина.
По президентскому указу от 7 февраля 2005 г., касающемуся ре-деноминации, денежная реформа проводится как для облегчения ценообразования внутри страны, так и определения обменного курса азербайджанской валюты. AZN сегодня находится посередине между американским долларом и евро. Один азербайджанский манат равен примерно 1,09 доллара или 0,9 евро.
Однако некоторые наблюдатели говорят, что решение о ре-деноминации рискованно и может привести к инфляции. На пресс-конференции в конце 2005 г., посвященной введению новых банкнот, заместитель председателя правления Национального банка Азербайджана Алим Гулиев назвал любой сопровождающий ее рост цен «технической инфляцией» и заявил, что она не превысит 0,3%. Экономист Назим Иманов возражает на это, считая более реалистичной «техническую инфляцию» в 8-10%.
Сегодня путаница уже возникла в сфере коммунальных услуг. В январе государственная водная компания «Азеру» подняла тарифы после издания правительством указа об округлении цен, деноминированных в новых манатах. Повышение было сочтено признаком будущих резких ценовых скачков. Однако по закону устанавливать тарифы на энергию и воду вправе только Тарифный совет при Министерстве экономического развития. После вмешательства Совета повышение цен было отменено.
Другие наблюдатели возражают, что правительство должно было подождать с денежной реформой, пока не рассчитало фискальных последствий будущих нефтяных доходов, которые должны вскоре хлынуть в государственную казну. «В ближайшие годы в Азербайджане ожидается приток больших нефтяных денег», – сказал Али Масимов, депутат парламента от альянса «Ени сиясет» и экс-премьер-министр в 1992-1993 гг. «Думаю, что было бы разумно подождать и посмотреть, что произойдет... как этот рост доходов повлияет на экономику и финансовую систему страны».
Инглаб Ахмедов, директор бакинского НПО «Центр мониторинга общественных финансов», также считает, что правительство должно было проявить большую осторожность. Предстоящие реформы, благодаря которым частные компании получат возможность заниматься жилищным строительством, водоснабжением, системами канализации и электроснабжением, могут расстроить прогнозы, касающиеся инфляции, заметил он.
«Было бы разумнее, если бы правительство подождало результатов этих реформ и затем определило оптимальный формат деноминации [обменный курс новой валюты по отношению к старой]». [Центр мониторинга общественных финансов частично спонсируется Институтом «Открытое общество» – Фондом содействия (Азербайджан). EurasiaNet.org выпускается под эгидой нью-йоркского Института «Открытое общество».]
Сходство цен советской эпохи и цен в новых манатах уже оказывает некоторое психологическое воздействие на покупателей. Батон хлеба стоит теперь 20 гапиков (ранее 1000 AZM), поездка в бакинском метро – 5 гапиков (ранее 250 AZM), а килограмм мяса – 3 маната 60 гапиков (ранее 18 000 AZM). Алим Гулиев из НБА считает, что номинально сниженные цены облегчат переход к новым банкнотам и монетам для старшего поколения, однако отмеченное выше сходство с прежними ценами осложнит отслеживание потребителями инфляции. Цены на некоторые товары повысились на 25% с начала 2006 г., по данным рубрики «Рынки» агентства «Туран», однако повышение не вызвало громких протестов и не было замечено СМИ.
Разные поколения по-разному оценивают денежную реформу. Плакаты в обменных пунктах, разъясняющие, как выглядят новые дензнаки, публикуются только на азербайджанском с использованием латинского алфавита; старшее поколение азербайджанцев, привыкшее к кириллице и говорящее на русском, придется разбираться в этом самостоятельно.
«Когда они перешли... на новый алфавит в 2002 г. [с кириллицы на латиницу], я лишилась возможности читать газеты и следить за происходящим. По сути дела, мы стали неграмотными людьми», – говорит 76-летняя пенсионерка Яшар Мамедова. «А теперь мы не сможем считать деньги».
Однако правительство надеется, что для поколения молодых азербайджанцев новые денежные знаки будут символизировать будущее процветание. По словам 20-летнего студента Бакинского государственного университета Анара Алиева, «если потратить эти деньги где-нибудь в Португалии, никто не заметит, что они отличаются от евро».
