На протяжении минимум десяти лет после оглашения планов строительства очернители продолжали с издевкой говорить об экспортном маршруте «Баку-Тбилиси-Джейхан» как о «трубопроводе в никуда».
Однако 13 июля мировые нефтепромышленники, правительства, которые их поддерживают, и несколько чудаков-авантюристов вроде меня отпразднуют экстраординарное событие – официальное открытие 1760-километрового трубопровода БТД, соединяющего углеводородные богатства Каспийского бассейна с восточным Средиземноморьем.
Поставленный на повестку дня в начале 1990 гг. первым азербайджанским постсоветским правительством, БТД вначале рассматривался как некая геополитическая фантазия. Почти на всем протяжении 1990-х гг. главной проблемой трубопровода считалась его рентабельность. Первоначальные оценки запасов в азербайджанском секторе Каспийского моря оказались сильно завышенными. Чтобы оправдать затраты, необходимо было привлечь нефть из соседних Казахстана и Туркменистана, однако эти страны не желали принимать участие в БТД, имея на то свои причины. В 1998-99 гг. цены на нефть упали с 25 долларов за баррель до уровня чуть выше 10 долларов. Падение цен привело к тому, что идея вложения примерно 2,5 млрд долларов в новый экспортный трубопровод из Азербайджана стала казаться неудачной шуткой. Это относилось и к будущему нефтепромышленности Азербайджана. Разведка на земле и в море, проведенная иностранными инвесторами, ничего не дала, и на нефтепроводе уже собирались поставить крест.
Примерно в это время мой старый приятель Лоран Русекас, в то время старший аналитик Cambridge Energy Resource Associates Дэниела Йергина, начал писать докторскую диссертацию, посвященную хорошо известной концепции неизменного превосходства экономики над политикой, и использовал БТД в качестве предмета своего исследования. В преамбуле к диссертации, которую он недавно привел мне и моим студентом как пример того, как хорошо аргументированное исследование может оказаться ошибочным, Лоран писал:
«Предварительный анализ данных говорит о том, что рыночные факторы обычно берут верх в вопросе о трубопроводе и что это оказывает серьезное воздействие на более общую региональную политику. Нефтяные компании не хотят делать крупных вложений и поддерживать политические цели, которые ставят местные либо их собственные правительства. Между тем правительства не имеют средств или не желают, как это имеет место в случае Соединенных Штатов, поступиться экономическими соображениями и найти возможность для субсидирования предпочтительных трубопроводных альтернатив. Связав свою репутацию на Кавказе с трубопроводной стратегией, оказавшейся коммерчески невыгодной, как Соединенные Штаты, так и Турция обнаружили, что их влияние начало ослабевать. Это способствовало тому, что Азербайджан и Грузия предпринимают сегодня в предварительном порядке шаги, направленные на учет российских интересов, и в то же время осторожно отказываются от опоры исключительно на США».
Лоран писал это в 2000 г. Через шесть лет он охотно признается в ошибочности своего прогноза и соглашается, что в данном случае политика победила экономику. Более конкретно, он объясняет ложность своего анализа не поддающимся контролю человеческим фактором – твердостью покойного авторитарного президента Азербайджана Гейдара Алиева, который не жалея сил поддерживал «трубопровод в никуда», выкручивая руки руководителям предприятий, стуча кулаком по столам и даже прибегая при продвижении БТД к причудливым и неортодоксальным трюкам.
Возможно, самый неортодоксальный шаг был сделан в августе 2000 г., когда Алиев нанял меня и еще двадцать чудаков для путешествия на советских мотоциклах с коляской по предположительному маршруту трубопровода и доставки первого «символического» барреля азербайджанской сырой нефти из Баку в Джейхан. Эта так называемая «нефтяная одиссея» прошла с успехом, а еще через два года проект БТД был санкционирован и одобрен президентом BP сэром Джоном Брауном.
Президент Алиев умер в 2003 г., но не ранее чем в Азербайджане была вырыта траншея для первой секции трубопровода. На стадии его прокладки строители столкнулись с многочисленными трудностями. «Мне нравится думать об этом как о самых продолжительных и значительных археологических раскопках в истории», сказал на днях с усмешкой на губах покидающий свой пост президент и генеральный директор БТД Майк Тауншенд. «Мы раз 300 пересматривали планы раскопок, прежде чем началось строительство, и еще сто раз по ходу дела сталкивались с интересными находками, такими как мавзолеи и храмы».
Отвлекавшие от строительства находки и другие проблемы, от усмирения природоохранных организаций в Грузии, бастующих рабочих в Азербайджане до задержек и перерасходом средств в Турции, довели стоимость проекта с первоначальных 2,5 до чуть ли не 4 млрд долларов. [Историю вопроса см. Архив рубрики Eurasia Insight.]
Однако, поскольку цены не нефть достигли 70 долларов, инвесторы в БТД, поначалу не желавшие рисковать, теперь практически не жалуются. Их труба наполнена примерно 10 миллионами баррелей сырой нефти, принадлежащей Азербайджанской международной операционной компании во главе с BP. Кроме других производителей в Азербайджане, которые поначалу сторонились консорциума, в него сегодня просится и Казахстан. [Историю вопроса см. Архив рубрики Eurasia Insight.] Наибольший интерес вызывают слухи о том, что Исламская республика Иран и Россия подумывают начать предварительные переговоры о транспортировке своей сырой нефти на запад через БТД.
Сегодня Азербайджан должен решить, что делать с нефтяными доходами от эксплуатации БТД. [Историю вопроса см. Архив рубрики Eurasia Insight.] В данный момент вопрос об использовании богатств отложен, пока инвесторы, граждане и бывшие трубопроводные мечтатели радуются тому факту, что БТД все же не стал «трубопроводом в никуда».
Надеюсь, что дурацкий цирк на мотоциклах шесть лет тому назад сыграл свою скромную роль. И надеюсь также, что нынешнее азербайджанское руководство воспользуется вновь обретенным богатством не только для приобретения «друзей по счастью» (особенно среди бывших скептиков), но и займется решением некоторых насущных социальных вопросов в стране, расположенной на берегах Каспия.
От редактора:
Томас Гольц – автор трилогии о постсоветском Кавказе, которая включает книги «Азербайджан», «Чечня» и вышедший только что «Грузинский дневник» (M.E. Sharpe, Armonk NY, July 2006), а также воспоминаний о тех днях, когда он был актером передвижного театра в Африке, «Убить Шекспира» (Saqi Books, London, May 2006). В настоящее время Гольц – приглашенный эксперт Университета штата Монтана (г. Мизула).
