Давление Продолжается: Грузинские Сми В Борьбе За Независимую Позицию

Спустя полгода после того, как президент Михаил Саакашвили дал обещание защищать свободу печати в Грузии, СМИ и местные неправительственные организации заявляют, что медиамагнаты, горящие желанием сохранить хорошие отношения с правительством, продолжают оказывать давление на журналистов.

В своей речи 9 сентября 2005 г. Саакашвили сказал, что люди, оказывающие давление на грузинские СМИ, являются его «врагами», а любые нападки на свободу слова он считает личным оскорблением. «Если кто-то осмелится оказывать давление на СМИ, он найдет во мне злейшего врага», – сказал он. «Это покушение на мои прерогативы, идеалы и власть».

Речь была произнесена после серии журналистских скандалов, в том числе ареста в августе 2005 г. Шалвы Рамишвили, совладельца оппозиционного телеканала «202», по обвинению в шантаже, а также жестокого избиения журналиста Сабы Цицикашвили, расследовавшего дело о спорном приобретении городом Гори одной сельскохозяйственной компании.

Оппозиционные газеты связали эти инциденты с истощившимся терпением правительства в отношении чрезмерно пытливых журналистов. Однако наблюдатели за деятельностью СМИ и активисты НПО считают, что значительная часть вины лежит на самих владельцах органов информации.

Зураб Хрикадзе, эксперт по работе СМИ, работающий на миссию Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) в Грузии, считает, что, хотя факты нажима на грузинских журналистов практически невозможно доказать, само давление весьма негативно влияет на качество журналистской работы в стране. «Врагом номер один для профессиональной деятельности является отсутствие независимости», – сказал Хрикадзе. «Если они [грузинские журналисты] не станут более независимыми, им не удастся повысить свой профессиональный уровень. Многие журналисты понимают, что работают не на общество, а на владельцев [средств массовой информации]».

Впрочем, добавил Хрикадзе, о степени давления во многих случаях можно только догадываться. «Когда они [журналисты] говорят в общем и целом, они заявляют: да, есть давление; есть цензура со стороны владельцев и редакторов». Однако когда дело доходит до конкретных фактов цензуры и нажима, то нет, говорят они, никакого давления нет», – сказал Хрикадзе. «Поэтому трудно получить ясную картину. Однако, разумеется, мы можем об этом догадаться. У владельца имеются политические интересы, и вокруг этого он выстраивает редакционную политику».

Акакий Гогиашвили, журналист известного грузинского телеканала «Рустави 2», согласен с тем, что журналистика в сегодняшней Грузии зависит от владельца СМИ и его отношений с правительством. В период до «революции роз» 2003 г. Гогиашвили проводил журналистские расследования для выпускавшейся «Рустави 2» программы «60 минут», в которой часто звучала критика администрации экс-президента Эдуарда Шеварднадзе.

Однако, когда к власти пришел Саакашвили, говорит Гогиашвили, руководство канала потеряло интерес к журналистским расследованиям. «Они [владельцы] дружат с правительством, встречаются с ним, получают эксклюзивную информацию об арестах и эксклюзивные материалы, которых нет у других каналов», – сказал он EurasiaNet. «И они не хотят этим рисковать».

Покинув «60 минут», Гогиашвили занялся организацией нового телевизионного «реалити-шоу», где предприниматели соревнуются за начальный капитал в сумме до 27 тысяч долларов, которым их награждает совет из крупнейших бизнесменов и госминистра по экономическим реформам Кахи Бендукидзе.

По словам Гогиашвили, «Рустави 2» «коммерчески невыгодно» выпускать острые новостные программы, и журналистам об этом сообщают владельцы телеканала. Сегодня «Рустави 2» гордится самым высоким рейтингом среди грузинских телеканалов, и руководство не желает ничего менять в содержании передач, добавил он.

«Думаю, они [владельцы] имеют основания опасаться, что, если они позволят себе критику, это вызовет возмущение правительства, их бизнес окажется под угрозой, и следовательно, нет никакого смысла это делать».

Согласно докладу о свободе СМИ за 2005 г., составленному международной контрольно-наблюдательной организацией «Репортеры без границ», Грузия сползла вниз на пять позиций, с 94 на 99, в списке из 167 обследованных стран.

Народный защитник (омбудсмен) Созар Субари считает, что на самом деле во всех проблемах, с которыми сталкиваются грузинские журналисты, виновато не правительство, а деловые интересы. «Касательно свободы слова, особенно на телевидении, имеется такая проблема: владельцы ТВ далеко не всегда занимают критическую позицию в отношении правительства, и это видно по нюансам. Однако проблема состоит в том, что большинство владельцев ТВ работают не для того, чтобы получить доход. [Органы информации] выступают средством лоббирования правительства владельцами СМИ», – сказал Субари. «Все дело в том, что телевидение пока не стало бизнесом».

Хрикадзе из ОБСЕ согласен, что содержание передач диктуется бизнесменами, которые заинтересованы скорее в продвижении собственных интересов, чем в защите свободы печати. «По мнению экспертов, крупнейшие СМИ расходуют больше средств, чем зарабатывают, и это означает, что они финансируются владельцами из других источников», – сказал он. «Владельцы рассматривают СМИ как дополнительное орудие, как инструмент для ведения своего бизнеса. С этими вещами трудно бороться, и это очень сильно влияет на свободу СМИ, не имеющих независимых источников финансирования».

Хрикадзе приводит в качестве примера владельца «Рустави 2» Кибара Халваши, который одновременно представляет в Грузии американскую компанию потребительских товаров Proctor & Gamble, реклама продукции которой часто появляется на канале. Халваши является также генеральным директором компании ARTI, дистрибьютора Proctor & Gamble на территории Грузии.

На Западе доходы от рекламы образуют весомую часть средств телеканалов, однако в Грузии эти доходы весьма скудны. По данным Агентства США по международному развитию и Международного совета по научным исследованиям и обменам, введение национальной рейтинговой системы способствовало четырехкратному росту грузинского рынка телерекламы по сравнению с 2001 г., сообщила ежедневная англоязычная газета The Messenger, однако оцениваемые в 12 млн на 2006 г. потенциальные доходы от рекламы несомненно являются совершенно недостаточными.

Наблюдатели отмечают, что отсутствие доходов от рекламы стало причиной недавнего слияния «Рустави 2» с «Мзе ТВ» – первого крупного слияния СМИ в Грузии. 5 января, по сообщению местных средств информации, «Рустави 2» приобрел 78% акций «Мзе ТВ» у «Сакцементи», грузинской компании стройматериалов, владельцем которой является Давид Бежуашвили – член парламента и брат грузинского министра иностранных дел Гелы Бежуашвили.

И хотя грузинские СМИ считают это выкупом компании, и.о. директора «Мзе» Заза Тананашвили называет сделку установлением новых партнерских отношений. «Владелец ‘Рустави 2‘ Кибар Халваши приобрел акции ‘Мзе’. Владелец ‘Мзе’ приобрел акции ‘Рустави 2’», – сказал он EurasiaNet. «Это не означает, что они объединились. Они сохраняют самостоятельность».

Тананашвили сказал также, что новые отношения пойдут на благо обоим каналам. «Думаю, что так будет лучше. Это будет лучше для обеих компаний, потому что ‘Рустави 2’ и ‘Мзе станут’ партнерами и будут совместно решать финансовые проблемы».

«Рустави 2» не отозвалась на неоднократные просьбы о беседе с юристами канала относительно покупки акций «Мзе», однако необходимость в свежих финансовых вливаниях в телеканал очевидна. 13 февраля грузинский парламент реструктурировал налоговую задолженность «Рустави 2», предоставив каналу дополнительно пять лет для выплаты долгов по налогам в сумме 1 млн долларов, сообщили местные СМИ. Телеканал будет освобожден от всех выплат на ближайшие два года.

И хотя Хрикадзе из ОБСЕ не видит никаких юридических нарушений в партнерстве «Рустави 2» и «Мзе», он сомневается, что это повысит качество журналистской работы. «Не знаю, что у них на уме, однако это наверняка не приведет к большей независимости обоих телеканалов от правительства», сказал он. «Вероятным результатом станут изменение форматов обоих каналов, но это не повысит степень их независимости и уровень профессиональной этики».

Сегодня этика мало обсуждается в Грузии. Рамишвили, бывший телеведущий и соучредитель канала «202», сидит в тюрьме по обвинению в шантаже депутата парламента Кобы Бекаури, члена правящей фракции «Национального движения». Спустя полгода после ареста Рамишвили – как и его партнер по бизнесу Давид Кохреидзе – предстал перед судом, ему грозит 6 лет тюрьмы за шантаж.

Представители НПО, защищающие права СМИ, такие как Магда Попиашвили, председатель Международного медиа-клуба Грузии, считает это еще одной атакой на журналистов. «Сегодня Шалва Рамишвили находится в тюрьме, и я не знаю, кто следующий на очереди в тюрьму или кто еще будет избит. Такого рода вещи, к сожалению, случаются здесь ежедневно», – сказала она. «Само правительство не делает ничего для изменения ситуации».

Одним из органов, который должен заниматься улучшением условий работы грузинских журналистов, является грузинский Совет по этике СМИ, созданный при поддержке правительства. Однако здесь положение дел не из лучших. Газетные журналисты стараются держаться подальше от этой организации, в то время как активисты НПО, такие как Попиашвили, считают ее очередной формой цензуры. Член совета известный политолог Гия Нодия считает, что у этой организации «нет реальной власти» для того, чтобы выступать в роли цензора, однако признает, что ее имидж как «инициативы правительства» отпугнул многих журналистов.

Георгий Кохреидзе, брат Давида Кохреидзе и третий совладелец канала «202», согласен с тем, что арест брата является прямой попыткой приструнить канал за острые антиправительственные программы. По его словам, после ареста брата в августе он сам и телеканал находятся под постоянным давлением правительства, которое добивается его закрытия.

«Они [правительство] делают все, чтобы телеканал закрылся и попал в их руки», – сказал Кохреидзе EurasiaNet. «Были случаи, когда люди приходили ко мне, просили прощения, говорили, что хотели бы дать рекламу, но не могут, потому что у них будут проблемы». Кохреидзе не называет никаких конкретных фирм. «Настанет время, когда я смогу об этом сказать и назову имена людей, которые их останавливают», – сказал он.

По мнению Народного защитника Субари, дело Рамишвили является чисто уголовным и не связано с журналистикой. Он отмечает, что канал «202» не закрыт и продолжает выпускать остро критические антиправительственные программы.

Однако с точки зрения Гогиашвили из «Рустави 2», надежд на улучшение ситуации в ближайшем будущем мало. «СМИ совершенно не выполняют своей роли в смысле тщательного наблюдения за властями и не являются средством донесения до общества того, как на самом деле работает правительство», – сказал он. «Лично я не вижу в ближайшем будущем никаких перспектив для возвращения к тому, что мы имели под конец шеварднадзевского режима: мы были полны энтузиазма, а журналистика носила острый разоблачительный характер».