Завершая визит в Тбилиси, российский министр иностранных дел Сергей Лавров выразил осторожный оптимизм, заявив, что Россия и Грузия смогут найти решение целого ряда двусторонних проблем. Его коллега с грузинской стороны, Саломе Зурабишвили, воздержалась от проявлений надежды на прорыв в дипломатической области, подчеркнув в то же время важность регулярных обсуждений на высоком уровне.
18 февраля на пресс-конференции Лавров заявил, что переговоры с грузинской стороной были «очень щепетильными и деликатными», однако не стал рассказывать об их подробностях. Зурабишвили и Лавров объявили, что эксперты из двух стран будут встречаться в ближайшие месяцы, чтобы обсудить вопрос о графике вывода российских войск с территории двух баз в Грузии, продолжить переговоры о всестороннем договоре; о создании в Грузии антитеррористического центра и механизма разрешения конфликтов; об отмене Россией визового режима для граждан Грузии; и о делимитации грузино-российской границы.
«В ближайшие два месяца мы проведем интенсивные консультации», – сказал Лавров на пресс-конференции. «И я все-таки скажу, что осторожный оптимизм начинаю испытывать».
Зурабишвили дала гораздо более сдержанную оценку переговорам 18 февраля. «Наши взаимные проблемы настолько серьезны... [что] важно продолжить переговоры, чтобы избежать любого кровопролития в будущем», – сказала Зурабишвили.
Остановка Лаврова в Тбилиси в ходе дипломатического тура главы российского МИДа по Южному Кавказу ознаменовалась скандалом, когда российские власти заявили, что министр не посетит Мемориал погибшим за территориальную целостность Грузии. В то же время Лавров посетил могилу покойного премьер-министра Зураба Жвания, умершего 3 февраля от отравления угарным газом. [Историю вопроса см. Архив рубрики Eurasia Insight.] «Это человек, который много сделал для того, чтобы конфликты в Абхазии и Южной Осетии были урегулированы исключительно мирными средствами», – передало 17 февраля слова Лаврова российское телевидение.
В дополнение к переговорам с Зурабишвили Лавров встретился с президентом Михаилом Саакашвили, премьер-министром Зурабом Ногаидели, спикером парламента Нино Бурджанадзе и Патриархом Илией Вторым.
За неделю до визита между Грузией и Россией вновь вспыхнули разногласия по двумя вопросам – военным базам и продолжающемуся конфликту в Чечне.
Грузинские аналитики не разделяют испытываемого Лавровым «осторожного оптимизма». Местные эксперты считают, что высказывания Лаврова были сделаны специально, с учетом предстоящего саммита 23 февраля в Братиславе (Словакия) с участием российского президента Владимира Путина и президента США Джорджа У. Буша.
«Все шаги Россия делает с учетом предстоящей встречи Буша и Путина», – сказал Леван Авалишвили, эксперт по вопросам безопасности из Центра стратегических исследований и разработок Грузии.
По мнению Александра Рондели, президента грузинского Фонда стратегических и международных исследований, Россия пытается возложить на Грузию вину за напряженность в двусторонних отношениях. «Путин скажет Джорджу Бушу, что существующие механизмы [отношений с Грузией] неплохие, что есть кое-какие проблемы, но что в принципе все чудно», – сказал Рондели. «[В итоге] все будут счастливы, кроме Грузии».
Вывод российских военных баз из Грузии остается источником неприятностей после саммита ОБСЕ в Стамбуле в 1999 г., на котором Россия обещала закрыть две базы – в Вазиани и Гудауте и начать переговоры о выводе российских войск из двух других баз – в Батуми и Ахалкалаки. Войска были выведены с базы в Вазиани (около Тбилиси), а в ноябре 2001 г. российский МИД объявил о закрытии базы в Гудауте.
Переговоры о выводе войск с баз в Батуми и Ахалкалаки продолжаются до сих пор. Главным камнем преткновения является стоимость вывода, поскольку Россия заявляет, что на выполнение стамбульского обязательства потребуется более 1 млрд долларов. [Дополнительную информацию см. Архив рубрики Eurasia Insight.]
12 февраля заместитель министра иностранных дел Грузии Мераб Антадзе рассказал о деталях неудачных переговоров, заявив, что Москва увязывала создание совместных антитеррористических центров (предложения, которое было сделано Грузией) с вопросом о выводе войск с баз. «Представители России так сформулировали свою позицию, что грузинская сторона поняла, что Россия предлагает преобразовать свои военные базы в антитеррористические центры, сохранив общую структуру баз и их вооружения в Грузии», – сказал Антадзе. «Для нас это было неприемлемо».
В ответ на российское предложение Антадзе заявил, что вывод войск является «вопросом многосторонним», затрагивающим все международное сообщество. Если по вопросу о выводе войск не будет достигнуто соглашение, продолжил он, «нельзя исключить того, что... может быть поставлен вопрос об объявлении незаконным нахождения [российских] военных баз на нашей территории».
Это поставило бы Москву в трудное положение. Согласно договору об обычных вооруженных силах в Европе, документу, подписанному и Грузией и Россией, Москве требуется разрешение Тбилиси на продление срока функционирования баз в Батуми и Ахалкалаки.
Как и многие другие грузинские аналитики, Тина Гогелиани, эксперт тбилисского Международного центра по конфликтам и переговорам, говорит, что ответственность за разрешение вопроса о статусе баз лежит на России. Если Россия решит ничего не делать, сказала она, вопрос останется нерешенным. «Эти консультации и переговоры имеют гораздо большее значение для нас, даже в смысле времени, чем для России», – сказала она. «Россия [уже] здесь, поэтому они гораздо больше заинтересованы в затягивании вывода войск».
В интервью тбилисской русскоязычной газете «Свободная Грузия» Лавров заявил, что спор о базах обусловлен «незнанием предмета». Документ, который Россия подписала в Стамбуле в 1999 г., подчеркнул он, это не соглашение, а заявление о намерении России начать переговоры с Грузией о выводе войск с баз. «Вот и все содержание Стамбульского заявления», – сказал Лавров.
Сложный характер грузино-российских отношений не сводится к расхождениям в истолковании Стамбульского заявления. 15 февраля, за два дня до прибытия Лаврова, грузинский Генштаб в полном составе подал заявления об отставке. Грузинскому правительству еще предстоит объяснить, почему это произошло. Российские СМИ считают это сигналом, говорящим о планах Грузии ввести в военное руководство ястребов и начать более жесткие игры с Москвой.
Согласно Рондели, Тбилиси не сможет выйти из существующего тупика без серьезной поддержки со стороны международного сообщества. «Россия и Грузия находятся в разных весовых категориях. Мы вообще не боксируем, как это делает Россия. Суть происходящего в том, что Россия оказывает давление на Грузию и занимается шантажом», – сказал он.
Авалишвили также считает, что единственный способ разрешения конфликта – давление со стороны международного сообщества. «Если международное сообщество будет в большей степени вовлечена в ситуацию, особенно в мирный процесс, Россия будет вынуждена занять более гибкую позицию в том, что касается урегулирования ситуации».
От редактора:
Молли Корсо – независимый журналист и фотограф, живет и работает в Тбилиси. Джаба Девдариани – сотрудник бюро по правам человека при Миссии ОБСЕ в Боснии и Герцеговине и известный грузинский журналист. Эта статья не является выражением точки зрения ОБСЕ.
