В Российско-американских Отношениях Вновь Появляется Напряженность

Стремление администрации Буша к глобализации демократических ценностей вызывает напряженность в отношениях Соединенных Штатов с Россией – страной, геополитическое влияние которой в последние полтора года резко снизилось.

После встречи 20 апреля в Москве государственный секретарь США Кондолиза Райс и российский президент Владимир Путин выразили удовлетворение нынешним состоянием двусторонних отношений. Однако, несмотря на высказанные ими позитивные оценки, напряженность в американо-российских отношениях более чем очевидна.

Накануне встречи с Путиным Кондолиза Райс выступила с критикой положения с демократизацией в России, отметив, в частности, что российские власти установили жесткий контроль над телевидением. «СМИ должны быть более независимыми, чтобы люди могли спорить и совместно принимать решения о будущем России, демократической России», – сказала Райс в ходе интервью на радиостанции «Эхо Москвы». Госсекретарь США заявила также, что при Путине произошло непомерное усиление роли исполнительных органов за счет других ветвей власти.

Подвергнув критике российское правительство, Райс подчеркнула, что Москва и Вашингтон остаются стратегическими партнерами, добавив, что Соединенные Штаты стремятся наладить «конструктивные, дружественные отношения» с Москвой. Причины явного нежелания США отталкивать Россию объясняются соображениями геополитического прагматизма. Враждебная Россия может стать серьезной помехой в решении ряда важных международных проблем, включая глобальную угрозу, которую представляет исламский радикализм, и распространение ядерного оружия.

В интервью «Эху Москвы» Райс подчеркнула, что США не претендуют на то, чтобы занять место Москвы как доминирующей державы на Кавказе и в Средней Азии – регионах, которые традиционно входили в сферу влияния России. Однако недавние события показывают, что российские власти крайне настороженно относятся к американским намерениям.

Одним из признаков, свидетельствующих об обеспокоенности России, является изменившееся отношение Москвы к Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе. Наблюдатели ОБСЕ активно работали на недавних выборах в Грузии, на Украине и в Кыргызстане, а отчеты организации, касающиеся избирательных нарушений, сыграли важную косвенную роль в революциях, которые произошли во всех трех государствах. [Историю вопроса см. Архив рубрики Eurasia Insight.] Однако Россия хотела бы, чтобы ОБСЕ больше занималась вопросами безопасности, и громко заявляет о своих претензиях по ряду вопросов бюджета организации.

В то время как американские и российские официальные лица стараются поддерживать хотя бы видимость духа сотрудничества, эксперты с обеих сторон выступают с гораздо более острой критикой и вовсю пользуются конфронтационной риторикой. Иногда дискуссии на нынешних конференциях по региональным проблемам имеют привкус «холодной войны». Именно такие дебаты состоялись в феврале в грузинской столице Тбилиси в ходе конференции «Южный Кавказ в 21-м веке: вызовы и возможности».

Во время трехдневной встречи, спонсором которой выступил грузинский Фонд стратегических и международных исследований, Стивен Сестанович, в прошлом высокопоставленный американский дипломат при администрации Клинтона, а ныне один из руководителей Совета по международным отношениям, вызвал дискуссию, заявив, что представление о Кавказе как о регионе, находящемся в рамках «постсоветского пространства», устарело. По его мнению, Кавказ должен рассматриваться просто как часть Европы. Эта изменение подхода способствовало бы некоторому ослаблению традиционно сильного влияния России в этом регионе.

С. Фредерик Старр, председатель Института Центральной Азии и Кавказа, входящего в Школу высших международных исследований при Университете Джонса Хопкинса, выступил с критикой позиции России по так называемым «замороженным конфликтам», в том числе в сепаратистских Абхазии и Южной Осетии, а также в Нагорном Карабахе. «Конфликты не удается разрешить не только из-за того, что стороны заняли непримиримые позиции, а региональные державы проводят лицемерную политику; это не удается сделать и добропорядочным и энергичным сотрудникам международных организаций», – сказал Старр. Старр заявил также, что, если Россия не хочет уважать территориальной целостности государств Южного Кавказа – в частности, Грузии, – Запад должен «вернуться» к обсуждению темы Северного Кавказа, включая самоопределение чеченцев.

Вячеслав Никонов, пропутинский политолог и президент московского Фонда «Политика», выступил в защиту российских действий на Кавказе, сказав, что Россия намерена оставаться влиятельным региональным игроком. Россия «находится на подъеме, и ее влияние будет расти, хотите вы этого или нет», – сказал он. Тот факт, что миллионы армян, азербайджанцев и грузин живут сегодня в России, дает Москве право проявлять самый активный интерес к происходящему на Южном Кавказе, заявил Никонов.

Евгений Кожокин, глава российского Института стратегических исследований, заявил, что Соединенные Штаты и Россия должны заниматься «крупными вопросами», такими, как усиление геополитического влияния Китая и международный терроризм, и оставить разного рода «мелочь», вроде политического статуса Южной Осетии, в исключительной компетенции Москвы и Тбилиси.

Владимир Сокор, член совета Джеймстаунского фонда (Вашингтон), заявил, что полагаться на Россию в разрешении ее разногласий с Грузией по вопросам Южной Осетии и Абхазии было бы ошибкой. Сокор подверг Россию критике за невыполнение обязательств по безопасности, взятых ею на Стамбульском саммите ОБСЕ 1999 г. По его словам, политическое урегулирование этих двух конфликтов будет невозможно до тех пор, пока не будут предложены новые форматы деятельности миротворцев и переговоров. «Нынешние форматы переговоров являются пережитками эпохи, существовавшей до расширения ЕС и НАТО», – сказал Сокор. «Миссия ООН в Абхазии придает неоправданный международный характер формату российского присутствия, целью которого на самом деле является закрепление процесса отделения и оккупации Абхазии».