Мир Джан с гордостью демонстрирует знаки военного отличия – два глубоких шрама, полученные им один в борьбе с давним врагом Советским Союзом, а другой, по иронии судьбы, в борьбе со своим бывшим союзником, Соединенными Штатами, во время американской кампании в Афганистане.
Бородатый, с тюрбаном на голове 43-летний боевик «Талибана» Джан живет в пакистанском лагере для беженцев в селении Кучлак неподалеку от афганского пограничного городка Спин-Булдак. В последние недели он участвовал в набегах на территорию Афганистана.
«Я горжусь тем, что был частью джихада, который нанес поражение русским, а теперь воюю с неверными американцами. Здесь я временно, после пулевого ранения, которое получил в Газни», – сказал Джан, цитируя строки из Корана и перебирая четки.
«Я снова пойду в бой, ведь мулла Омар приказал нам начать джихад против американцев в Афганистане», – говорит Джан, ссылаясь на недавние слова неуловимого одноглазого лидера талибов.
Сотни боевиков «Аль-Каиды» и «Талибана», такие как Джан, сумели скрыться от вооруженных сил США и найти убежище в медресе и лагерях беженцев, расположенных на высокогорьях Белуджистана, а также в районах компактного проживания племен в Северо-Западной Пограничной провинции Пакистана. В последние месяцы они оправились от вызванного поражением шока и возобновили вооруженные операции. Подразделения сторонников «Талибана» вместе с боевиками отрядов Гульбеддина Хекматияра, лидера консервативного исламского движения «Хизб-и-ислами», просачиваются в Афганистан для нанесения ударов по американским и афганским правительственным войскам.
Активизация «Талибана» совпала с военной кампанией США в Ираке. Многие сторонники «Талибана» считают, что внимание американцев переключилось на Багдад, и это придает им силы, чтобы совершать нападения на войска переходного правительства, возглавляемого президентом Хамидом Карзаем.
Рейды талибов уже привели к жертвам среди американцев. Так, во время одного из столкновений в конце апреля возле деревни Шкин в провинции Пактия были убиты два американских солдата. Сколько талибов погибло в этих столкновениях – неизвестно. И хотя возможности «Талибана» ограничены, правительство Карзая явно обеспокоено рейдами боевиков и особенно продолжающейся поддержкой талибов со стороны Пакистана.
«Никто не препятствует талибам, пересекающим границу. Они просто заходят на территорию Афганистана и снабжают оружием своих боевиков. Без благословения пакистанских спецслужб это было бы невозможно», – заявил представитель афганских органов безопасности в Спин-Булдаке.
Как сообщается, Карзай выразил обеспокоенность возрождением «Талибана» в конце апреля на встрече с президентом Пакистана Первезом Мушаррафом. Пакистанский руководитель пообещал создать вместе с афганскими представителями двустороннюю комиссию, задачей которой стало бы улучшение ситуации с безопасностью в приграничной зоне. Другие пакистанские руководители, однако, отрицают, что Исламабад помогает «Талибану» и «Аль-Каиде» или поощряет их действия.
«Ни одному террористу не позволено действовать с территории Пакистана, и мы не предоставляли убежища деятелям Аль-Каиды и Талибана», – заявил EurasiaNet глава МВД Пакистана Фейсал Салех Хайят. «Теперь это часть истории, и о наших действиях международное сообщество должно судить по стремлению нашей страны покончить с терроризмом».
Несмотря на официальные опровержения, аналитики утверждают, что в основе сохранения связей Исламабада с «Талибаном» могут лежать геополитические соображения: это способ воздействия на процесс восстановления в Афганистане. «Пакистан прекратил поддержку талибов под нажимом американцев, но теперь возникли опасения, что их отношения могут возродиться ввиду все возрастающего присутствия в Афганистане Индии», – говорит профессор Шамим Ахтар, бывший декан факультета международных отношений Университета Карачи.
До трагедии 11 сентября Исламабад поддерживал близкие отношения с «Талибаном». После свержения талибов отношения между Кабулом и Нью-Дели значительно улучшились. В марте, во время визита Карзая в Нью-Дели, было подписано соглашение, целью которого является дальнейшее развитие двусторонней торговли.
Даже если центральное правительство в Исламабаде и не оказывало в последние месяцы содействия «Талибану» и «Аль-Каиде», имеются сведения о том, что исламские боевики находят поддержку со стороны других сил в Пакистане, связанных с религиозными политическими партиями. В настоящее время у власти в Белуджистане и Северо-Западной Пограничной провинции, граничащих с Афганистаном, стоит коалиция религиозных партий, одержавшая убедительную победу на выборах в октябре прошлого года.
«Талибы наши братья и такие же воины ислама, как мы сами», – сказал Хафиз Хусейн Ахмед, член высшего руководства экстремистской «Джамиат-и-улема ислам». «Они [талибы] были символом ислама в Афганистане».
Ахмед, как и другие деятели в Пакистане, указывает на рост влияния Индии в Афганистане как на причину усиления позиций «Талибана». «Реальная власть в Афганистане находится в руках врагов Пакистана – Северного альянса. Северный альянс выступает на стороне Индии, а не Пакистана и укрепляет военные отношения с Индией, – сказал Ахмед. – Поэтому наступил момент, когда Пакистан должен поддержать талибов».
