Появление новых данных, говорящих о том, что Афганистан, вполне возможно, обладает значительными запасами нефти и газа, может привести к новому раскладу сил в ситуации обостряющейся энергетической конкуренции в Центральной Азии и изменить геополитический баланс в этом регионе.
В марте Служба геологической съемки США и Министерство горнодобывающей промышленности Афганистана сообщили о том, что в стране гораздо больше запасов природных ископаемых, чем ранее считалось. По новым данным, запасы неразведанного природного газа в северном Афганистане составляют от 3,6 до 36,5 трлн кубических футов (среднее значение 15,7). Запасы нефти составляют по оценкам от 0,4 до 3,6 млрд баррелей (среднее значение 562). Таким образом, показатели оценочных запасов нефти в стране выросли в 18 раз, а газа – более чем в три раза.
Если эти оценки верны, в усилиях по восстановлению Афганистана наступает поворотный этап. Экспорт энергоносителей может принести стране доходы, необходимые афганским властям для модернизации инфраструктуры и обеспечения занятости нищего и измученного населения. Новая информация означает также глубокие геополитические перемены. Центральная Азия – регион, который заметно качнулся в сторону России после андижанских событий, произошедших в мае 2005 г. в Узбекистане. Афганистан твердо стоит на стороне США, и превращение Кабула в экспортера энергии способно дать дополнительный импульс усилиям американцев по возвращению утерянных позиций в геополитическом соперничестве с Россией.
Сегодня есть два трубопроводных проекта, которые касаются Афганистана и направлены на то, чтобы соединить центральноазиатских экспортеров с рынками Южной Азии. Один проект – трубопровод «Иран-Пакистан-Индия» (IPI), другой – трубопровод «Туркменистан-Афганистан-Пакистан-Индия» (TAP). Естественно, что эти конкурирующие планы привели к геополитическому маневрированию в регионе. Политика США заключается в блокировании иранского энергоэкспорта где только возможно, поэтому Вашингтон выступает против IPI и поддерживает TAP. Последний может также содействовать новой стратегии Вашингтона, нацеленной на то, чтобы направить среднеазиатскую энергию на южноазиатские рынки и изменить общую ориентацию государств региона на Россию. [Историю вопроса см. Архив рубрики Eurasia Insight.]
Россия со своей стороны поддерживает IPI, а «Газпром», подконтрольный Кремлю конгломерат, даже предложил помощь в его строительстве. Между тем китайское руководство проявляет интерес к строительству ответвления от IPI, которое позволило бы Пекину импортировать газ наземным путем вместо того,чтобы использовать танкера для пересечения Индийского океана.
В дополнение к трубопроводному соперничеству Россия стремится взять верх в энергетической игре и взять под своей контроль запасы газа в Туркменистане. Способность диктовать Ашгабату, кому он должен поставлять энергоносители, рассматривается как центральный элемент российского плана создания Евразийского газового картеля наподобие ОПЕК. Однако Туркменистан оказался ненадежным партнером для России, о чем свидетельствует недавнее решение Ашгабата резко поднять цены на покупаемый Москвой туркменский газ. [Историю вопроса см. Архив рубрики Eurasia Insight.]
Наличие крупных запасов нефти и газа в Афганистане существенно повышает шансы на реализацию поддерживаемого США проекта TAP, а превращение Афганистана в экспортера энергии может серьезно ослабить влияние России на Туркменистан и других региональных производителей. По сути дела, новые данные по Афганистану объясняют причины, по которым туркменский лидер Сапармурат Ниязов неожиданно поднял цены на газ. Шансы на осуществление проекта TAP повысились, и это вдохновляет Ашгабат на то, чтобы продолжать вымогать деньги из Москвы за имеющие решающие значение для российской экономики поставки газа. [Историю вопроса см. Архив рубрики Eurasia Insight.]
Россия, конечно, может укрепить свои позиции в Южной Азии с помощью IPI, однако ситуацию осложняют несколько факторов, не относящихся к перспективам добычи энергоносителей в Афганистане. Во-первых, Индия высоко ценит отношения с Соединенными Штатами, и Нью-Дели, возможно, не захочет ссориться с Вашингтоном, делая выбор в пользу маршрута IPI. То же самое относится к Пакистану. Решение Индии и Пакистана в пользу маршрута TAP вместо IPI станет серьезным геополитическим поражением как для России, так и для Ирана.
Необходимым предварительным условием строительства любого трубопровода в Афганистане является подавление мятежа радикальных исламистов. В течение последнего года «Талибан» продолжал наращивать активность, однако новые данные о запасах энергоносителей могут укрепить международное сообщество в его решимости покончить с мятежниками.
При любом сценарии конца процессу стабилизации Афганистана не видно, как не видно и начала строительства трубопровода. Однако перспективы, которые открываются в связи с появлением новых данных об энергозапасах, не только поднимают ставки в трубопроводной игре, но и имеют последствия, выходящие далеко за рамки Афганистана и относящиеся ко всей Центральной Азии.
От редактора:
Стивен Бланк – профессор Военного колледжа армии США. Взгляды, выраженные в статье, ни в коем случае не представляют взглядов армии США, министерства обороны или американского правительства.
