Несмотря на напряженность, вызванную недавней конфронтацией между Грузией и Южной Осетией и отодвинувшую на задний план все остальные проблемы, адвокат, представляющий семью агента ЦРУ, убитого в Тбилиси чуть более 11 лет назад, настаивает на повторном рассмотрении дела, утверждая, что располагает документами, которые заставляют усомниться в официальной версии событий.
Обстоятельства убийства 8 августа 1993 г. Фреда Вудраффа долгое время были покрыты завесой тайны. На момент своей смерти Вудрафф был, как сообщается, высокопоставленным сотрудником ЦРУ, работавшим в Тбилиси в качестве инструктора при службе охраны бывшего грузинского лидера Эдуарда Шеварднадзе. Согласно официальной версии событий, Вудрафф получил пулю в голову, возвращаясь вечером в Тбилиси на машине, которую вел начальник личной охраны Шеварднадзе. В конечном итоге 15 лет тюрьмы за этот выстрел получил Анзор Шармаидзе, 20-летний солдат войск МВД, дежуривший на контрольно-пропускном пункте рядом с местом убийства. По утверждению прокуратуры, Шармаидзе выстрелил в машину с Вудраффом, когда ее водитель отказался или остановиться, или включить фары.
Сегодня, заявляя о появлении новых свидетельств, говорящих о невиновности Шармаидзе, семья Вудраффа требует от грузинской генеральной прокуратуры вернуться к расследованию дела об убийстве американского гражданина.
«[Признание виновным Шармаидзе]... принятое из соображений целесообразности, было, по-видимому, необходимо для защиты целостности Республики Грузия [в 1993 г.]», – говорит Майкл Пуллара, адвокат из Хьюстона, представляющий интересы одновременно Шармаидзе и семьи Вудраффа. «Возможно, сегодня настало время для Грузии разобраться в этом вопросе и убедить собственных граждан и заинтересованные стороны за рубежом в том, что в стране царит принцип верховенства закона».
До последнего времени грузинские власти почти не проявляли интереса к пересмотру дела. Заявив, что оснований для этого недостаточно, генеральная прокуратура отклонила запросы, поступившие в конце мая Пулларой от семьи Вудраффа и омбудсмена канцелярии общественного защитника Грузии, о необходимости повторного расследования смерти Вудраффа.
В ответ на это Пуллара, адвокат, ранее занимавшийся корпоративными тяжбами, собирается подавать апелляцию. «Мы настроены оптимистически», – говорит он.
Новые свидетельства Пуллары основываются на документах, полученных из Федерального бюро расследований (ФБР), Агентства национальной безопасности и Госдепартамента США. ФБР никогда официально не считало дело закрытым и дважды возобновляло следствие в период после вынесения приговора Шармаидзе.
Недоверие к официальным заключениям по данному делу заставило Пуллару сделать вывод, что найденные улики могли стать предметом манипуляций или даже оказаться сфабрикованными. Главным доводом стал публичный отказ Шармаидзе от сделанного ранее признания в совершении убийства. Пуллара заявляет, что после взятия под стражу Шармаидзе был подвергнут пыткам, и, таким образом, первоначальное признание было получено путем принуждения.
Материальные свидетельства, указывающие на совершение преступления Шармаидзе, также являются фальшивыми, согласно Пулларе. ФБР не удалось найти каких-либо следов пулевого отверстия в машине, в которой находился Вудрафф. Грузинская прокуратура и эксперты по баллистике заявляют, что пуля оставила отверстие, «очевидное» невооруженному глазу. Медная гильза, предположительно от вызвавшей смерть пули, как выяснилось впоследствии, была подброшена на место преступления полицией.
Пуллара оспаривает также официальный момент смерти Вудраффа. Грузинская прокуратура утверждает, что Шармаидзе выстрелил из-за того, что машина с Вудраффом ехала с выключенными фарами, однако Пуллара говорит, что в официально установленное время выстрела, около 9 часов вечера, солнце в Тбилиси еще не садилось. Один из спецагентов ФБР, работавший над этим делом, сообщил, что тело Вудраффа находилось в состоянии полного окоченения, когда его примерно в 10 часов вечера 8 августа 1993 г. доставили в тбилисскую больницу и признали скончавшимся. Это было бы невозможно, если бы Вудрафф, как утверждает прокуратура, менее чем за час до этого был еще жив, говорит Пуллара.
Сомнения вызывает и замедленная реакция на убийство Вудраффа. Несмотря на то, что сидевший за рулем машины Эльдар Гоголадзе сам являлся опытным следователем и возглавлял личную охрану Шеварднадзе, он не известил о случившемся в находившееся неподалеку от места преступления отделение полиции и не передал свое оружие на баллистическую экспертизу, а одежду – на медицинский анализ. Только после того, как Вудрафф был доставлен в больницу, Гоголадзе приказал службе безопасности вернуться на место преступления, где они арестовали Шармаидзе. В качестве причины своего промедления Гоголадзе назвал шок от того, что произошло.
Правительство США пока никак не реагирует на инициативу Пуллары, а ЦРУ опровергает какую-либо причастность к предпринятым адвокатом усилиям. Следуя стандартной процедуре, ЦРУ никогда официально не признавало, что Вудрафф являлся сотрудником агентства. Контакты Пуллара с ЦРУ носили ограниченный характер.
Впрочем, Пуллару не смущает отсутствие поддержки со стороны Вашингтона. «Мы верим в обещания, которые были сделаны во время ‘революции роз’. Мы верим, что народ Грузии привержен принципам надлежащей правовой процедуры и верховенства закона», – сказал он. «По этой причине мы верим, что суд признает Анзора Шармаидзе невиновным и он будет освобожден из тюрьмы».
