Лауреат литературной премии турецкая писательница Элиф Шафак должна будет предстать 21 сентября перед судом по обвинению в оскорблении турецкой нации. Это дело – последнее в цепочке преследований, которые вынудили либералов развернуть борьбу против националистов в Турции – стране-кандидате на присоединение к Европейскому Союзу.
«Стамбульский бастард» Элиф Шафак занял первую место в списке турецких бестселлеров после своей публикации в марте этого года и вызвал похвалы критиков за изображение дружбы двух девушек – армянки американского происхождения и турчанки. Однако откровенные рассуждения о массовом убийстве османских армян в 1915 г. привлекли внимание Кемаля Керинчсиза, юриста националистических взглядов, чье восхождение к славе в качестве противника свободы слова шло параллельно процедуре принятия Турции в члены ЕС. Керинчсиз известен участием в ряде громких дел по делам о свободе слова, в том числе в декабрьском процессе по делу Орхана Памука, самого известного турецкого писателя.
В случае Шафак недовольство Керинчсиза вызвали не сами ее высказывания, а то, что говорят персонажи ее книги. Сидя в тесном кабинете в центре Стамбула, Керинчсиз любезно и без промедления цитирует один из отрывков, который оскорбил его чувства.
«Я потомок выживших во время геноцида людей, которые потеряли всех своих родных в лапах турецких мясников в 1915 г.», читает он, цитируя Дикрана Стамбуляна, одного из второстепенных армянских персонажей. «Там такого еще много», добавляет он. Турция и Армения в течение долгого времени спорят по поводу трагических событий 1915 г., когда в разгар Первой мировой войны погибли более миллиона армян. Армяне настаивают на том, что действия османских турецких войск были геноцидом. Турецкое руководство решительно отрицает это.
Шафак обвиняется по статье 301 турецкого уголовного кодекса. В случае осуждения ей грозит три года тюрьмы, и она полностью сознает серьезность своего положения. «До недавнего времени я успокаивала себя тем, что никого и никогда не обвиняли по статье 301», говорит она. «Затем, в июне, верховный суд подтвердил справедливость условного осуждения на шесть месяцев [журналиста турецко-армянской газеты] Гранта Динка. Для него это ужасная новость, а для меня может стать прецедентом».
16 сентября Шафак родила своего первого ребенка и пока не решила, идти ли ей в суд. «Она хочет быть там, чтобы защитить себя от абсурдных обвинений», сказал ее муж Эйюп Джан по телефону из стамбульской больницы, где она приходит в себя после кесарева сечения. «Врачи против, и я, по правде говоря, тоже против».
Джан не забыл того, что происходило в декабре перед зданием стамбульского суда, где проходил процесс над Орханом Памуком. Националисты разбили лобовое стекло автомобиля Памука и напали на его сторонников на глазах бездействовавшей полиции.
Аналогичный прием может ожидать и Шафак. В течение нескольких недель веб-сайт националистической организации Керинчсиза призывает «патриотов» к протесту против «новоявленной принцессы капитулянтов-интеллектуалов».
«Я против любого насилия», говорит Керинчсиз. «Но если вы назовете деда какого-нибудь человека мясником, какие можно питать сомнения в характере его реакции».
«Это приглашение на линчевание», парирует редактор газеты Исмет Беркан, еще одна жертва внимания юриста-националиста. «Будем надеяться, что полиция к этому готова».
Причиной воинственной риторики вокруг романа Шафак служит в конечном счете то, что судебный процесс является проявлением происходящей в Турции гораздо более глубокой борьбы. Для националистов вроде Кемаля Керинчсиза столкновение цивилизаций не выдумка, а Турция, мусульманская страна, принадлежит Востоку. Что касается Европейского Союза, заявляет Керинчсиз, то он пытается «лишить нас нашей мусульманской и турецкой идентичности».
Люди, подобные Шафак, поддерживающие интеграцию Турции в западные экономические и военные структуры, говорит с насмешкой Керинчсиз, это «граждане мира и лишь наполовину турки».
«Обидный» комментарий Керинчсиза нимало не оскорбляет родившуюся в Страсбурге Шафак, которая провела большую часть жизни за пределами Турции. И в жизни, и в своих произведениях она выступает против упрощающих обобщений. «Мой идеал – космополитизм, отказ от принадлежности к любой из сторон в этом поляризованном мире», говорит она на безукоризненном английском. Такие взгляды заставили ее согласиться стать обозревателем в религиозной газете – шаг, который вызвал немало критики в ее адрес.
«Слишком много людей видят мир в черно-белых тонах, якобы есть «мы» и есть «они». Это неправильно. Неоднозначность, синтез – вот элементы, из которых состоит турецкое общество, и этого не надо стыдиться», говорит Шафак.
Пока неясно, какая сторона одержит верх в споре. Немногие относятся всерьез к заявлению Керинчсиза о том, что он выражает мнение турецкого народа. Одна ультранационалистическая политическая партия даже заявила, что питает отвращение к насильственным действиям его сторонников.
Однако национализм традиционно представлял собой мощную силу в турецкой политике. И то, что среди турок усиливается впечатление, что Брюссель просто играет с Анкарой в «присоединение», играет на руку людям вроде Керинчсиза.
«В последние пять лет Турция быстро менялась, однако пока не достигла точки возврата», говорит аналитик Умут Озкиримлы. «Мы живем в критические времена».
