Турция продолжает весьма активную дипломатическую кампанию, чтобы заставить ЕС определиться с датой начала переговоров о принятии в союз. Ожидается, что данный вопрос будет рассмотрен на саммите Евросоюза в следующем месяце. В то время как турецкие лидеры разъезжают по континенту, агитируя за принятие Турции, Франция, наиболее влиятельный противник амбиций Анкары, готовит ей нечто вроде утешительного приза в виде особых отношений между ЕС и Анкарой – вместо полноценного членства в Европейском Союзе.
Турецкое руководство практически игнорирует скепсис Франции и говорит вместо этого о своем желании, чтобы Евросоюз взял на себя обязательство вступить в переговоры уже в 2005 г. «ЕС должен назначить определенную дату в пределах 2005 г. без новых условий или какого-то политического решения», – заявил, по сообщению агентства Anatolia, 5 ноября на пресс-конференции в Брюсселе министр иностранных дел и вице-премьер Турции Абдулла Гюль. Премьер-министр Реджеп Тайип Эрдоган заявил в октябре Европейскому парламенту, что ожидает начала переговоров в первой половине следующего года.
График поездок Эрдогана и Гюля на следующий месяц полностью расписан. У одного только Гюля намечены девять зарубежных визитов в период до саммита ЕС 17 декабря, а также встречи в Анкаре с минимум пятью европейскими премьер-министрами и министрами иностранных дел, сообщил пресс-секретарь турецкого МИДа Намик Тан.
Турция хочет убедить страны-члены ЕС, что условия, изложенные в недавнем докладе о перспективах членства Турции, являются несправедливыми. В своем докладе от 6 октября Европейская комиссия поддержала притязания Турции, однако выдвинула определенные условия, сочтя, что приверженность турецкого правительства политической и судебной реформам должна быть подвергнута дополнительной проверке. Кроме того, Еврокомиссия рекомендовала ввести ограничения на трудовую миграцию турецких граждан, отреагировав на опасения, связанные с относительной экономической неразвитостью Турции.
В Турции обеспокоены также тем, что в решении ЕС от 17 октября о начале переговоров будут содержаться некие дополнительные условия. «Процесс переговоров должен привести к полноценному членству», – заявил Эрдоган 25 октября репортерам в Анкаре. «Никто не должен пытаться этому помешать».
Пока что турецкая агитационная кампания находит понимание в Европе, в частности, в Объединенном Королевстве, Германии, Португалии, Австрии, Республике Чехия и Греции, давнем враге Турции. Убедить в положительных сторонах присоединения Турции Францию, в которой проживает самое большое в Европе количество мусульман, как оказалось, будет значительно труднее.
С учетом наблюдающихся во Франции безработицы и экономической стагнации выход относительно неразвитой страны на общий рынок ЕС вызывает тревогу у французских избирателей, представителей власти и политических лидеров. В то же время, учитывая традиционные связи Франции с мусульманским миром, президент Жак Ширак в своих выступлениях на международных форумах заявляет, что его страна относится с энтузиазмом к присоединению Турции. На встрече 26 октября в Берлине с канцлером Германии Герхардом Шредером французский лидер объявил, что переговоры с Турцией о членстве в Евросоюзе – предмет его «самого горячего желания».
Однако неделю спустя Ширак выступил с совершенно другим заявлением. 5 ноября президент Франции заявил, что необходимо найти «достаточно прочную звено», которое бы связало Турцию с Европой, прежде чем можно будет говорить о полной интеграции. Одним из вариантов, как опасаются турецкие эксперты, может стать соглашение о стратегическом партнерстве, аналогичное договору между ЕС и Индией. Это соглашение, подписанное 9 ноября на саммите в Гааге, предполагает расширение торговли, инвестиций и сотрудничества по вопросам борьбы с терроризмом и сохраняет статус Индии как отдельного от ЕС государства, а не вероятного кандидата на вступление в Евросоюз. И Ширак, и министр экономики и финансов Николя Саркози предлагают провести во Франции референдум по вопросу о членстве Турции в ЕС через 10-15 лет после завершения переговоров о присоединении.
Анкара пытается изобразить дело так, что дискуссия с Францией нимало ее не заботит. «Это дебаты о ЕС, а не о Турции. Необходимо это понимать», – заявил Гюль 5 ноября репортерам.
Анкара всячески принижает значение, которое имеет мнение Франции, по всяком случае выраженное публично, в более широкой дискуссии в ЕС. Турецкое руководство не хотело бы также, чтобы создавалось впечатления, будто оно просит подаяния. В своем выступлении 6 ноября в турецком парламенте Гюль заявил, что «мы не считаем, что Турция должна делать все и платить любую цену, чтобы вступить в ЕС». Если на саммите 17 декабря не будет принято решение о начале переговоров с Турцией о присоединении, сказал он, «мы больше не станем поднимать этот вопрос».
Несмотря на весь этот дипломатический натиск, многие влиятельные эксперты в Стамбуле и Анкаре считают, что саммит ЕС вряд ли принесет желаемые для Турции результаты. «Даже франко-германская ось, являющаяся становым хребтом ЕС, не демонстрирует традиционного единства... когда речь заходит о Турции», – пишет Дженгиз Чандар, обозреватель ежедневной газеты Tercuman, затрагивая вопрос о дискуссиях по вопросу о вступлении Турции в Евросоюз. «Даже если на саммите 17 декабря будет названа дата начала переговоров о вступлении Турции, сам процесс переговоров будет проходить крайне сложно».
От редактора:
Мевлут Катик – журналист и аналитик, живет и работает в Лондоне. Ранее работал корреспондентом BBC, сотрудничал с The Economist Group.
