Россия и Узбекистан заключили договор о взаимной обороне, открывающий возможность для создания в этой среднеазиатской стране российской военной базы.
Договор был подписан 14 ноября в Москве узбекским президентом Исламом Каримовым и его российским коллегой Владимиром Путиным. Церемония подписания состоялась в тот день, когда узбекский суд в Ташкенте приговорил 15 человек на тюремные сроки до 20 лет за причастность к «провокациям», вызвавших насильственные события в мае этого года в Андижане. Некоторые иностранные наблюдатели сравнивают судебные слушания в Ташкенте с советскими показательными процессами 1920-1930 гг. Официальный представитель Госдепартамента США Адам Эрели заявил 14 ноября, что приговоры «основаны на свидетельствах, которым нельзя верить, и вынесены на процессе, который не является справедливым».
По условиям договора о взаимопомощи в военной сфере, Ташкент и Москва обязались «создавать и развивать союзнические отношения на долгосрочной основе». В центре договора – пункт об общем доступе к военным объектам и возможностям обеих стран. В договоре говорится также, что «акты агрессии против одной из двух стран будут считаться агрессией против обеих стран».
Подписание договора завершает длившийся примерно год процесс, в ходе которого Ташкент изменил свой стратегический подход – отвернулся от Вашингтона и сориентировался на Москву. Движущим мотивом процесса стало убеждение Ташкента в том, что именно Вашингтон организовал феномен так называемых «цветных революций», в результате которых произошли смены режимов в Грузии, на Украине и в Кыргызстане. Поворот в американо-узбекских отношениях наступил в конце июля, когда Ташкент принял решение о выдворении американских вооруженных сил, дислоцированных на авиабазе «Карши-Ханабад» в юго-западном Узбекистане.
В последние несколько месяцев Узбекистан и Россия постепенно налаживали военно-стратегические и экономические отношения. Россия стала главным защитником Узбекистана на мировой политической арене, повторив заявление администрации Каримова о том, что ответственность за насилие в Андижане несут исламские радикалы. Международные правозащитные организации, включая Human Rights Watch, говорят, что узбекские солдаты открыли огонь без предупреждения по демонстрантам, большая часть которых была невооружена.
Европейский Союз и США призвали провести независимое расследование андижанских событий, однако это предложение неоднократно отвергалось Ташкентом. В ответ на категорический отказ Узбекистана дать санкцию на независимое расследование, ЕС объявил 14 ноября о том, что 12 узбекским чиновникам высшего ранга – включая главу МВД Закиржона Алматова, руководителя службы национальной безопасности Рустама Иноятова и министра обороны Кадыра Гулямова – не разрешен въезд на территорию государств-членов ЕС. В дополнение к этому ЕС ввел эмбарго на продажу оружия Узбекистану.
Договор открывает для России путь к военному присутствию в Узбекистане. Однако, по словам российского аналитика Алексея Макаркина в его комментарии, опубликованном агентством РИА «Новости», Москва не намерена сразу же воспользоваться этой благоприятной возможностью. «Россия не собирается раздражать Соединенные Штаты, которые уходят из Ханабада. Вряд ли американцам понравилось бы появление в ближайшее время в Узбекистане российского военного объекта», – пишет Макаркин. «С другой стороны, Россия оставляет за собой право сделать это в будущем».
Российские государственные СМИ, такие как телеканал РТР, называют военный пакт «беспрецедентным». Другие российские органы информации более сдержанны в оценках. В редакционной статье, опубликованной ежедневной газетой «Коммерсант», договор характеризуется как «брак по расчету». Газета указывает также, что Москва идет на геополитический риск, вступая в столь близкий союз с Каримовым, который может привести в будущем к прямому вовлечению России во внутренний гражданский конфликт в Узбекистане.
В официальной речи по поводу подписания договора Каримов назвал Россию самым доверенным союзником Узбекистана. «Россия не пожалеет о том, что подписывает этот документ», – сказал Каримов.
В свою очередь Путин назвал договор «серьезным шагом... которые создаст очень хорошую правовую базу для нашего сотрудничества практически по всем направлениям». В дополнение к военному договору, российские и узбекские власти подписали документ о совместных усилиях в борьбе с наркотрафиком и терроризмом. «Считаем необходимым сделать все возможное для нейтрализации исходящей с афганской территории наркоугрозы, террористической угрозы. И, конечно же, будем продолжать оказывать нашим соседям помощь в развитии экономической и социальной инфраструктуры», – сказал Путин.
По сути дела, Россия с середины 2004 г. прилагала энергичные усилия, направленные на укрепление экономических отношений с Узбекистаном. Например, в июне 2004 г. российский концерн «Лукойл» подписал соглашение сроком на 35 лет и стоимостью в один миллиард долларов о разделе продукции (СРП) с целью разработки узбекских месторождения природного газа. По условиям этого соглашения, «Лукойл» должен будет добывать газ на месторождениях Кандым, Хаузак и Шады на юге Узбекистана. «Лукойл» получил 90 процентов акций этого совместного предприятия, 10% остались за узбекской государственной компанией «Узбекнефтегаз». В апреле 2004 г. «Газпром», еще один российский энергогигант, подписал соглашение о начальных инвестициях на сумму 200 млн долларов в разработку месторождений природного газа в Узбекистане. На тот момент «Газпром» проявил интерес к приобретению 44-процентной доли акций узбекской трубопроводной монополии «Узбектрансгаз». Однако данная сделка пока не заключена.
