84-летний Баучи Калдани из селения Адиши почитается в удаленных высокогорных селениях Сванетии на северо-западе Грузии как мудрый человек. И сам Калдани, уже пятый десяток лет выступающий в роли посредника, в том числе и в сердечных делах, по-прежнему готов делиться своей мудростью по первому зову. "Я был рожден служить другим людям", – говорит он.
Закон и порядок наконец начинает устанавливаться в Сванетии, десятилетиями пользовавшейся у грузин репутацией территории наподобие Дикого Запада. И все же в этом регионе, где все построено на клановых связях и люди готовы немедля схватиться за оружие, старейшины по-прежнему играют одну из центральных ролей в повседневной жизни общества.
Как и везде на территории Грузии, старики здесь выполняют важную функцию по разрешению конфликтов в селах, притулившихся в горах Сванетии, пики которых достигают 3-5 тыс. метров. Старейшин никто не выбирает. Это люди, к которым все идут за наставлением из уважения к их возрасту, зная, что они дурного не посоветуют.
Калдани считается "старейшиной" с тех пор, как стал самым старым в селении мужчиной – в возрасте 26 лет. Каждый месяц по 10 дней он проводил в разъездах по другим селам Сванетии, где помогал урегулировать конфликты и вести переговоры о свадьбах. Несколько лет назад по причине пошатнувшегося здоровья ему пришлось сложить с себя полномочия члена совета старейшин, но люди по-прежнему идут к нему за советом.
У советов старейшин Сванетии, как и у любого суда, есть свои законы. Некоторые вопросы, например матримониальные, требуют участия трех-четырех старейшин. Другие, например, убийство или похищение девушки с целью брака, требуют по меньшей мере 12 старейшин для принятия решения.
Старейшин выбирают две семьи, причастных к рассматриваемому вопросу. Процесс отбора не всегда одинаков, но семьи, которые обращаются к старейшинам с просьбой наказать обидчика, обычно выбирают половину или весь состав старейшин, которому предстоит заняться рассмотрением их проблемы. Семья, на которую обратились с жалобой, выбирает остальных старейшин или может оспорить личность того или иного старейшины, выбранного первой семьей.
Прежде чем приступить к посредническим действиям, старейшины Сванетии клянутся на иконах, в том числе на иконе покровителя Грузии – святого Георгия, что постараются решить вопрос, применив все свои знания. Эта клятва имеет большой вес в Сванетии, жители которой глубоко верят в прочную взаимосвязь между духовным миром и своей обыденной жизнью. Нарушить клятву – значит потерять уважение и доверие общества.
Принятые решения могут оказать длительное воздействие. В этом Калдани убедился 39 лет назад во время своего первого разбирательства по делу о причинении смерти по неосторожности. Пьяный водитель, не удержавший свой автомобиль на обрыве, убил в аварии своего пассажира. Сам водитель выжил.
По традициям Сванетии, пролитой крови достаточно, чтобы семья погибшего пассажира могла требовать мести. "Закон может наказать убийцу, но когда он выйдет из тюрьмы, семья убитого все равно будет преследовать его, – объясняет Калдани. – Тогда старейшины пытаются примирить две семьи, чтобы предотвратить новые смертоубийства".
Семьи, которых затронула та давняя трагедия с пьяным водителем, не хотели нового кровопролития, но семье погибшего должно было быть выказано уважение. Старейшины достигли компромисса, порешив выплатить семье погибшего 120 тысяч рублей (сумму, в несколько сотен раз превышавшую тогдашнюю среднемесячную зарплату).
Калдани говорит, что это было "хорошее" решение, но не все споры о причинении смерти удается так просто урегулировать. В подробности он вдаваться отказался. Сам выходец из семьи, некогда участвовавшей в кровной вражде, Калдани говорит, что знает цену подобным конфликтам и не стремится копаться в старых неприятностях. "Какой толк напоминать о том, что более-менее удалось урегулировать?" – говорит он.
Брачные предложения могут представлять собой не менее сложную дипломатическую задачу. Калдани, много раз принимавший участие в подобных делах, научился искусству ведения переговоров, когда будучи 35-летним мужчиной, наблюдал за действиями трех пожилых людей. По его словам, в этом деле очень важно умение говорить. "Иногда приходится даже лгать. Не в буквальном смысле этого слова, а заставлять людей делать то, что ты от них хочешь, – подчеркивает он. – Но сам ты должен верить, что это во благо. Нужно быть честным с самим собой".
На случай похищения девушек с целью брака – традиция, до сих пор сохранившаяся в сельских общинах Закавказья – имеется свой, одобренный старейшинами список денежных компенсаций. В 1960-ых годах похищение девушки без ее согласия (9 тыс. советских рублей) стоило в два раза больше, чем похищение с ее согласия (3-4 тыс. рублей), вспоминает Калдани..
За роль старейшины тоже приходилось платить. Когда Калдани разъезжал по селам, утрясая различные споры и решая судьбы молодых, его жене Наталье приходилось в одиночку управляться с семью детьми и вести дом. "Когда он был в отъезде, я едва справлялась с чисткой коровника и свинарника, дойкой коров и уходом за детьми", – вспоминает она. Но все же она сумела примириться с ситуацией. "Он наполовину принадлежал мне, наполовину людям", – говорит она печально и смиренно.
Смотря в пол, Калдани признает, что мог проводить больше времени с семьей и заниматься хозяйством, достигнув большего благосостояния. Помолчав, он поднимает взгляд. Он ни о чем не жалеет: "Меня все всегда очень ценили".
От редактора:
Темо Бардзимашвили является независимым фотожурналистом из Тбилиси.
