X
X

Узбекистан: Какую роль в американо-узбекских оборонных отношениях играет финансовый фактор?

Фреска на американской базе «Карши-Ханабад». (Фото: ВВС США / ст. сержант Скотт Стуркол)

Заметка из блога EurasiaNet «The Bug Pit»

НОВОСТИ / БЛОГИ. Вопрос о мотивах, движущих президентом Узбекистана Исламом Каримовым, представляет собой один из ключевых для американской политики в Центральной Азии, поскольку Узбекистан являет собой плацдарм для переброски военной техники в Афганистан. Что хочет Каримов в обмен на свое сотрудничество по эксплуатации Северной сети поставок? Самая правдоподобная версия состоит в том, что он желает заручиться определенной геополитической поддержкой против России, а военная техника, которую США передает Узбекистану, призвана служить ощутимым символом такой поддержки.

Такие мотивы являют собой резкий контраст с побуждениями сопредельных с Узбекистаном Таджикистана и Кыргызстана, движимыми, судя по всему, исключительно финансовыми соображениями и считающими военное сотрудничество с зарубежными странами лишь своеобразной дойной коровой. Каримов же, при всех своих недостатках, считается сравнительно некоррумпированным лидером (другое дело, конечно, его дочери…)

Но, возможно, Каримов больше гонится за деньгами, чем мы привыкли думать? Читатели могли натолкнуться на очень интересный доклад, который я пропустил, когда он вышел в свет. В этом документе обсуждается судьба авиабазы «Карши-Ханабад», на которой дислоцировались США в первые годы афганской кампании. Участь этой базы, пожалуй, наилучшим образом помогает нам разобраться в том, чего хочет и чего не хочет извлечь Каримов из своих военных взаимоотношений с США.

Одним из автором означенного доклада под названием «Анатомия кризиса: американо-узбекские отношения 2001-2005 годов» является Фред Старр (Fred Starr), а выпущен он возглавляемым им аналитическим Институтом Центральной Азии и Кавказа. У Старра сложились неплохие отношения с Каримовым и его правительством, а также с такими ключевыми фигурами администрации Буша, направлявшими в те годы центральноазиатскую политику, как экс-министр обороны Дональд Рамсфельд, так что документ, похоже, основывается на информации, полученной из обоих источников. Судя по картине, складывающейся по прочтении этого документа, Каримов прежде всего хотел получить такую же финансовую поддержку, которую получал Кыргызстан за предоставление своей авиабазы «Манас». Согласно этой версии, даже международная реакция на андижанские события была не такой серьезной проблемой и лишь обострила уже сложившуюся напряженность:

«К концу 2003 года Ташкент начал прозрачно намекать на определенную компенсацию за пользование США базой «Ханабад». Немецкое правительство к тому моменту уже согласилось на значительные выплаты за эксплуатацию аэродрома в Термезе на юге Узбекистана, когда Берлин принял в свои руки бразды правления в натовских Международных силах содействия безопасности (ИСАФ). Не остались незамеченными Каримовым и его военными советниками, пытающимися профинансировать военную реформу и модернизировать технику и инфраструктуру советских времен, и те немалые, по-видимому, средства, которые сосед Узбекистана, Кыргызстан, сумел получить благодаря предоставлению коалиции в частичную аренду своего гражданского аэропорта в Бишкеке…Грубо говоря, минобороны нужны были деньги, а база «Ханабад» была потенциальной дойной коровой».

Однако вместо этого США пришлось урезать оказание военной помощи Узбекистану, потому что Конгресс ввел ограничения в связи с репутацией Каримова в области соблюдения прав человека.

«Тот факт, что президент Кыргызстана Аскар Акаев получал, как полагают, барыши благодаря управлению своим зятем бишкекским аэропортом «Манас», не считался особой проблемой с точки зрения США. Но получаемая кыргызами оплата имела очень большое значение для узбеков, прекрасно понимавших природу подобных деловых операций в Центральной Азии. Президент Кыргызстана получал значительный доход, не беря на себя столь обширных политических обязательств перед США, как Узбекистан. При встречах в частном порядке представители узбекских властей регулярно поминали о деньгах, которые гребут лопатой Пакистан и Кыргызстан, как о примере двойных стандартов у США, а Каримов, несомненно, чувствовал себя перед своими соседями идиотом, которого использовали американцы».

Каримов даже написал тогда президенту Бушу письмо, в котором просил его предпринять действия через голову Конгресса:

«Весной 2003 года президент Каримов направил личное послание президенту Бушу с просьбой об оказании экономической помощи. Возможно, он полагал, что это письмо позволит ему решить данные вопросы в обход Госдепа, что окажется более продуктивным, нежели пытаться работать, утрясая вопросы согласно утвержденному Конгрессом порядку. Возможно, он проецировал на президента США собственное положение во власти: в Узбекистане в случае, если законодательный орган начинает представлять собой проблему (чего тот никогда не делает), президент Каримов располагает большой свободой действий и может руководить, просто издавая указы финансового и иного характера. Полагал ли Каримов, что Буш сможет изыскать средства для оказания экономической помощи в обход Конгресса и Госдепа с их бюрократией? В любом случае, Каримов получил от президента Буша личное послание, в котором тот давал негативный ответ и ссылался на необходимость проведения реальных реформ, поставив тем самым крест на надеждах, которые президент Узбекистана мог питать на то, что личные взаимоотношения возьмут в Вашингтоне верх над политическими реалиями. Ответ вызвал недовольство Каримова еще и потому, что тот не считал свои экономические реформы недостаточными или неудовлетворительными. Это был, пожалуй, первый реальный инцидент, заставивший Каримова и элиту Узбекистана впервые задаться вопросом о характере взаимоотношений между двумя этими стратегическими партнерами».

Факт неполучения им денег негативно сказался на легитимности Каримова в глазах узбекской элиты, отмечается в отчете:

«В рядах узбекской элиты, на которую опирался Каримов в укреплении своих позиций во власти, многие были не согласны с тесными взаимоотношениями Узбекистана с США. Ситуация с оплатой заставила Каримова пережить конфуз и унижение в глазах его ближайшего окружения».

В документе содержится еще много подробностей, с которыми я бы порекомендовал ознакомиться читателям, интересующимся данной темой (в частности, стр. 28-37).

Конечно, сегодня Каримов получает деньги за Северную сеть поставок. Мы не знаем точно сколько, так как этот доход поступает не в виде прямых денежных перечислений (как это было в случае с «Манасом»), а в виде платы за транзит и доходов от подрядов, субподрядов и субсубподрядов, которые узбекские компании (естественно, контролируемые властными элитами) получают за транспортировку американских грузов. Так что урок 2005 года, возможно, и был усвоен.

Джошуа Кучера является независимым вашингтонским журналистом, специализирующимся на освещении проблем безопасности в Центральной Азии, на Кавказе и Ближнем Востоке, а также автором блога «The Bug Pit» на сайте EurasiaNet.

Узбекистан: Какую роль в американо-узбекских оборонных отношениях играет финансовый фактор?

1 / 1
X
> <