
НОВОСТИ / АНАЛИТИКА. В 1960 году грузинский поэт Иосиф Нонешвили воспел учителя как образец для подражания, опору общества и «светоч знаний». Но это его патриотическое восприятие профессии учителя ушло в небытие вместе с распадом Советского Союза: в сегодняшней Грузии она больше не является «пределом мечтаний каждого ребенка». Такой сдвиг в отношении чреват серьезнейшими экономическими последствиями для страны, стремящейся в Евросоюз.
Сетования на низкую зарплату и невысокий престиж профессии учителя нередко можно услышать также и в Соединенных Штатах, и в Европе. Но в этой крошечной закавказской республике они приобретают особую остроту: при отсутствии квалифицированных кадров, способных дать образование будущим трудовым резервам, надежды Грузии вытащить себя из нищеты и войти в семью государств ЕС становятся менее реалистичными.
По официальным данным, педагоги в Грузии получают в среднем всего 360 лари (205 долларов) в месяц – самую низкую зарплату среди государственных служащих. От стажа зарплата в целом не зависит. Чтобы как-то компенсировать недостающие деньги, многие учителя подрабатывают репетиторством – даже собственных учеников.
По словам политиков и стратегов, они в курсе имеющей место проблемы и работают над стратегией на 2014-2024 годы, направленной на повышение престижности профессии учителя. Среди прочего программа включает в себя вузовское образование для преподавателей и изменение сетки оплаты труда педагогов.
«Зарплаты вырастут значительно», – говорит замминистра образования Грузии Георгий Шервашидзе, вторя обещанию, прозвучавшему ранее из уст премьер-министра Ираклия Гарибашвили.
Проект бюджета Грузии на 2015 год, представленный 3 октября на рассмотрение парламента, предусматривает выделение на нужды министерства образования 828,9 млн лари (473,4 млн долларов), что на 9,8 процента больше по сравнению с 2014 годом. Хотя увеличение ассигнований и приветствуется, одни денежные ресурсы, на взгляд экспертов, не могут справиться с дезорганизацией в системе образования.
«Вопрос упирается в эффективность расходования средств. Слишком много учителей имеет слишком мало учебных часов и обучает слишком мало учащихся», – отмечает представитель ЮНИСЕФ в Грузии Саша Грауманн. В ситуации, когда на зарплаты уходит 70 процентов всех выделяемых на систему образования средств, правительство не может себе позволить поднять зарплаты всем педагогам, но может повысить эффективность системы в целом, подчеркивает он.
«Можно тратить либо 527 млн лари (300,9 млн долларов) на 65 тысяч учителей, работающих по 15 часов в неделю, либо то же самое количество денег на половинное число преподавателей, работающих вдвое больше и получающих достойную зарплату», – говорит Саша Грауманн.
Правда, сокращение преподавательских кадров в краткосрочной перспективе может оказать негативные социально-экономические последствия на многие сельские населенные пункты Грузии.
«Школы играют одну из ключевых ролей в жизни общества в сельских и горных районах, – отмечает зампред парламентского комитета по образованию Элисо Чапидзе. – Да, у нас имеются школы с малым количеством учеников, но если такая школа исчезнет, то, скорее всего, исчезнет и селение, так как наличие школы является одной из главных причин, препятствующей переселению семей в более крупные населенные пункты».
Пристальное внимание уделяется и квалификации учителей в Грузии. В настоящее время школы зачисляют в свой штат на должность преподавателя человека с вузовским дипломом, хотя предпочтение и отдается лицам, имеющим опыт преподавательской работы или сертификат на осуществление педагогической деятельности.
В целом менее четверти из 67152 учителей общеобразовательных и частных школ Грузии имеют педагогический сертификат. С 2010 года власти начали выдавать учителям сертификаты на осуществление педагогической деятельности сроком на восемь лет после сдачи добровольного экзамена на знание предмета преподавания и на владение педагогическими навыками. Сдавшие экзамен получают право на повышение зарплаты. Правда, успешно сдать экзамен удается немногим.
В 2014 году из почти 15500 учителей, отправившихся на экзамен, успешно сдали его лишь 17,5 процента преподавателей. Особенно низкие показатели продемонстрировали предметники, преподающие точные науки: сдать экзамен удалось лишь 29 из 250 учителей физики и 42 из 313 учителей химии.
Заместитель директора государственного Национального экзаменационного центра Иване Миндадзе полагает, что такую статистику можно интерпретировать по-разному. «Продемонстрированные результаты не являются показателем для всех преподавательских кадров», – утверждает она.
В настоящее время разрабатывается новая аттестационная система, основанная на более гибких критериях, включая оценку работы учителя на протяжении года, наблюдение за успехами класса, оценку, которую дает педагогу школа, и тесты на знание преподаваемой дисциплины.
«Нам нужны хорошие, компетентные специалисты, но нельзя судить об учителе по одному-единственному экзамену, – говорит Серго Турглишвили, в прошлом эксперт по образованию Всемирного банка, 22 года проработавший директором школы. – Некоторые педагоги, сдавшие экзамен, не способны справиться с классом, и наоборот».
Лишь небольшая часть учителей Грузии сдавала указанный экзамен. Как отмечает Магда Нуца Кобахидде, бывший учитель и чиновник министерства образования, работающая над докторской диссертацией по проблеме аттестации педагогов в Грузии, стимулов тратить время на сдачу этого экзамена у преподавателя практически не имеется. «Увеличение зарплаты минимальное, на руки выходит порядка 60 лари (34 доллара), нагрузка значительная, а унижение в случае проваленного экзамена отбивает желание его сдавать», – говорит она. Информация о стимулах, которые предоставит пересмотренная система аттестации, пока отсутствует.
Эксперты и стратеги, похоже, сходятся в одном: налицо разрыв в уровне подготовки большинства преподавателей Грузии и реформах страны в сфере образования.
«Большинство учителей получали образование в советское время или непосредственно после с упором на получение знаний, а новая программа с ее прикладной структурой [с упором не столько на зубрежку, сколько на применение знаний] была слишком амбициозной», – объясняет замдиректора Национального центра профессионального развития педагогов при министерстве образования Ирина Абуладзе.
Чтобы преодолеть этот разрыв, требуется «постоянное и специализированное обучение», подчеркивает она.
Правда, постоянные изменения как раз и утомляют учителей. «Педагогам нужна стабильность, – утверждает сертифицированный преподаватель английского языка Мариам Лоладзе, занимающаяся также подготовкой учителей начальных и средних общеобразовательных школ. – Им нужно знать, что их ждет в будущем … Как можно без долгосрочной перспективы с конкретными стимулами и карьерным ростом заинтересовать способных студентов становиться учителями?»
Моника Эллена является независимым журналистом из Тбилиси, работавшей прежде учителем начальной школы в Италии и преподавателем вуза в Грузии.
Подписывайтесь на бесплатную еженедельную рассылку Eurasianet (на английском языке).